• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта

Базовые предпосылки экономики будущего

ПостНаука. 1 декабря 2017

Александр Чулок, заместитель директора Форсайт-центра ИСИЭЗ НИУ ВШЭ, рассказал в видео на «ПостНауке» о новой технологической парадигме, экономике знаний и вызовах современному образованию.

ПостНаука продолжает рассказывать о современных технологиях в проекте «Банк знаний», подготовленном совместно с Корпоративным университетом Сбербанка.

Александр Чулок: «Последние несколько лет многие говорят о глобальных трендах. Ни одна профессиональная дискуссия, ни один форум не обходится без того, чтобы мы не говорили о существующих глобальных трендах. Интернет вещей, интернет всего, 3D-принтер, новые материалы, транспортная система... Мы постоянно слышим, что будущее надвигается на нас очень стремительно. Многие говорят, что мы находимся на гребне новой технологической волны, новой технологической парадигмы и если мы не успеем в нее вписаться, то нас просто сметет волна новых конкурентов, о которых мы даже не подозреваем. Давайте попробуем заложить несколько базовых предпосылок будущего, потому что о нем можно говорить совершенно с разных сторон, но системный подход позволяет вам точно не упустить все важные моменты и, самое главное, найти свое место в этом будущем.

Первая предпосылка — мы переходим к новой технологической парадигме. Однако это не только то, что мы все время слышим. Индустрия 4.0 — это очень сложное комплексное понятие, поэтому, если мы хотим глубоко в этом разбираться, нужно уходить до деталей. 3D-принтеры или аддитивные технологии были известны еще с 1970-х годов. Многие профессионалы говорят, что следующий шаг — молекулярная самосборка. Это совершенно другой класс технологий, другой класс исследований. Поэтому, говоря про новую технологическую революцию, новую технологическую парадигму, нужно уходить до деталей и смотреть, что же действительно там происходит с точки зрения науки и технологий. Но это только одна важная черта будущего.

Что происходит благодаря появлению новых технологий в нашей жизни? С точки зрения бизнеса меняется структура издержек производства, меняется само производство. Многие экономисты знают, что современная промышленность основана на экономии или на эффекте масштаба — экономии на средних переменных издержках. То есть чем больше мы производим, тем меньше стоимость на единицу продукции. А теперь представьте, что в эту сложившуюся и ставшую основой для многих транснациональных компаний историю входят 3D-принтеры, когда вы можете дома печатать все что угодно. А с промышленными 3D-принтерами, которые могут стоять в гараже, вы составите конкуренцию даже ведущим брендам, если у вас есть соответствующее обеспечение. Поэтому второй момент, на который точно нужно обратить внимание, — это изменение цепочек создания добавленной стоимости.

Про Uber сейчас не говорит только ленивый. Но это только вершина айсберга. Давайте посмотрим, какие существуют глобальные цепочки, где место бизнеса, где место конечного потребителя, и как платформенные технологии, которые связывают напрямую продавцов и покупателей и проникают во все сектора, влияют на цепочки создания добавленной стоимости, как они их трансформируют. Это очень важный с точки зрения экономики вопрос, потому что многие из них формировались столетиями.

Мы очень долго старались войти в экономику знаний, говорили, что знания — это человеческий капитал. Многие эконометрические исследования показывают, что без инвестиций в человеческий капитал, например, исследования OECD, мы не можем говорить про конкурентоспособность. Вопрос в том, как быстро мы эти знания применяем. По факту технологические портфели, обеспечивающие конкурентоспособность будущего, уже сформированы. Если мы проанализируем отчеты многих консалтинговых компаний, то многие ведущие ученые говорят об одном и том же: чипы, нанотехнологии, индустрия 4.0 — эти слова постоянно повторяются. Но как быстро экосреда воспримет портфели технологий, компании адаптируются и выдадут продукты под ключ? Может быть, вместе с услугами, то есть сделают комплексное предложение. И здесь для России большой вызов, потому что если про экономику знаний мы можем говорить, что у нас есть отдельное конкурентное преимущество, то в экономике действия, где надо быстро адаптироваться, системно подходить к решению проблем, мне кажется, у нас еще много заделов (как дипломатично говорят, возможностей для совершенства), потому что решить проблему под ключ — это не совсем наша черта.

Следующая предпосылка заключается в том, что если в прошлом веке и до этого был суверенитет производителя, то сейчас мы переходим к суверенитету потребителя. Если вспомнить Советский Союз, то все, что производилось, тут же потреблялось. Выбросили что-то дефицитное — надо сразу покупать. А теперь все закручивается вокруг потребителя. Нас изучают, смотрят, как у нас устроена ДНК, какая у нас микрофлора, какие у нас потребительские паттерны, как мы живем, как мы дышим, какая у нас философия, какой у нас внутренний коучинг, какой у нас путь. И вокруг этого строятся сотни и сотни бизнесов, то есть потребитель становится в центр этой вселенной. И очень многие бизнесы, многие рынки будут развиваться именно благодаря тому, что потребности потребителя будут лучше всего удовлетворяться.

Но потребитель может сам не знать, какие у него возникнут потребности. Вспомните себя двадцать лет назад: не было необходимости чекиниться в Facebook или лайкать понравившееся вам видео на YouTube. Тогда таких потребностей не было, а сейчас это миллионные бизнесы — посмотрите на капитализацию Facebook. Может быть, через некоторое время будет не Facebook, а Mindbook, а мы все будем связаны через интерфейсы «мозг — компьютер» в единую сеть. Это может показаться забавным, но такие технологии уже существуют, это наша реальность. Вопрос в том, готовы мы к этому или нет.

Следующая важная предпосылка заключается в том, что роботизация затрагивает не только рутинные профессии. Об этом сейчас все говорят: дальнобойщики, бухгалтеры, нотариусы, которые плачут от блокчейна. Роботизация, автоматизация, цифровизация затрагивают не только рутинные профессии. Они бросают вызов самому главному свойству человека — креативности, потому что, когда технологии искусственного интеллекта позволяют вам креативить лучше, чем интуиция генерального конструктора, самого продвинутого дизайнера, инженера, остается вопрос, где наше место. Готовы ли вузы и другие образовательные учреждения к этому? Мы видим, что мы действительно переходим к концепции обучения в течение всей жизни. Мне кажется, надо принять как императив, что половина компетенций, которыми мы обладаем, через пять лет устареют. Останутся только те компетенции, которые позволяют эти компетенции наращивать или придумывать, например, связанные с Форсайтом.

Очень важно то, как вы учитесь, это вызов современному образованию. Вузы должны выполнять три функции. Первая — фундаментальные исследования, очень важные, серьезные. У нас только некоторые вузы могут этим похвастаться. Второе — образовательные процессы с новыми технологиями, с использованием всего современного инструментария. И это не только дистанционные онлайн-курсы, которые, безусловно, важны, но это только маленькая часть технологий, которые можно получать в образовании, потому что есть еще и виртуальная, и дополненная реальность, и интерфейсы «мозг — компьютер». Третье — это бизнесы. Нет ничего плохого, если современный профессор понимает, как устроены стартапы, развивает спин-оффы. То есть университет становится действительно реактором знаний, совмещающим фундаментальную науку, бизнес-процессы и воплощающим это в постоянный образовательный процесс, в онлайн.

Во многих странах люди проходят дополнительное образование, переобучаются и в 50, в 60, и в 70 лет. Мы действительно стареем тогда, когда перестаем учиться или хотеть учиться. Если мы посмотрим на капитализацию компаний, возьмем рейтинги Forbes, то увидим, что в лидерах находятся те компании, которые сделали ставку на мегатренды. В лидерах находятся компании, которые сделали ставку на цифровизацию (не только на изучение потребительских паттернов, но и на формирование новых потребительских паттернов и продвижение продуктов с новыми свойствами) и поняли, что новые технологии могут сильно поменять социум.

Представьте, что технология, связанная с новыми транспортными системами, за один час позволяет преодолеть 300 километров — я не говорю про 500 или 800 километров в час, как происходит в Китае или Японии. Давайте просто представим: 300 километров за час. Сколько времени вы тратите на то, чтобы добраться до работы? В среднем час туда и час обратно. Теперь представьте, что можно преодолеть расстояние в 300 километров и попасть не в офис в центре города, а в совершенно другую среду. Это абсолютно новый рынок работодателей и новый рынок рабочей силы.

Крупнейшие компании, о которых мы слышим, — это Uber и Airbnb, все, что делает Илон Маск, Microsoft, Apple и многие другие пытаются работать с глобальными трендами. Но когда вы уже делаете инвестиции, в экономике есть такое понятие, как sunk costs, то есть это затраты, которые уже произведены. И по-хорошему сделанные инвестиции — а если это длинные жизненные циклы, то это очень многие годы — нужно отбить. Но пока вы пытаетесь отбить инвестиции, сделанные в прошлую технологическую парадигму, новые тренды могут просто закрыть ваши бизнесы. И это очень большой вызов для компаний, которые вынуждены менять не только инвестиционные стратегии, но и бизнес-модели.

Сейчас достаточно назвать слово «блокчейн» или ICO, и это открывает тебе все двери. Говорят модное слово «хайп» или «пузырь», но это неспроста, многие понимают: будущее стало настолько неопределенным, быстрым и неструктурированным, что лучше что-то взять себе в инвестиционный портфель, чем не взять. Есть и обратная сторона, конечно, не все задумываются о ней, но мы должны учиться с этим работать.

Проблема в том, что многие из базовых экономических предпосылок сейчас не работают, а философия менеджмента и философия консалтинга была основана на устаревших базовых экономических предпосылках. В каком-то смысле это концептуальная перестройка, это поиск новой философской парадигмы и для консалтинга, и для инвестиционных решений, и для бизнесов. Все равно остается ключевой вопрос: как инвестировать ограниченное количество времени, ресурсов, людей и как определить эти приоритеты? По каким критериям выстроить ту дорожную карту, которая приведет вас к желаемому будущему?

К сожалению, очень часто самые тривиальные ответы, самые простые, интуитивно понятные, могут оказаться самыми неверными. Мы привыкли упрощать, а нужно усложнять. Мы мыслим рейтингами: топ-10 трендов, топ-10 рынков, топ-5 профессий. А шестую, седьмую уже не нужно изучать? Вот это очень важный момент. Нам нужно понять, что есть сложности, и для этого существуют инструменты классического Форсайта, которые усложняют жизнь лицам, принимающим решения, а не упрощают. И только после этого можно разрабатывать стратегии.

Стратегия — это стрела, выпущенная из лука, и если у вас неправильно определена мишень, то все усилия потрачены даром. А мы пытаемся в стратегию погрузить все мысли и все идеи, подменяя термины из-за того, что у нас не выстроена до конца система работы с будущим. «Планирование» долго было ругательным словом. «Ты чем занимаешься?» — «Планированием». — «У-у-у, советское время!» Но ничего страшного в этом нет, просто делать это надо по-умному и научно обоснованно.

В «Фольксвагене» в свое время было два отдела по работе с будущим. Одни совсем отъявленные футурологи, которые говорили про немыслимые вещи. А вторые — классические прогнозисты. И финансирование было больше у первых. Поэтому очень важно, соблюдая базовые предпосылки будущего, думая о мегатрендах, воспринимать их лично и смотреть, что мы конкретно, что вы лично можете по этим базовым предпосылкам сделать, для того чтобы тренды для вас оказались не вызовами, как многие сейчас говорят, не чем-то ужасным, а возможностями, тем, что в новую технологическую революцию, в новую экономику внесет в удобной для вас форме».

Автор: Александр Чулок

Источник: «ПостНаука»

30.11.2017